Поезд тронулся, но совсем не в Крым. Путин уже проиграл новому поколению

Истории

Конец года — рейтинг Путина ползет вниз. Есть от чего: WADA плюнула нам в лицо, США наступили ногой на шею «Северного потока 2», Батька безумствует в интервью с Венедиктовым (чуть ли не НАТО зовет на подмогу «против братов»), чего мудрит наш «партнер», «союзник», «друг» Эрдоган, понять сложно (с США он еще и не так чудит, правда, это для российской публики слабое утешение), ВВП несмотря на все окрики ВВП вырос за год на 1% с небольшим вместо обещанных 3–4%. Это все паршиво, но гораздо хуже, что ничего другого нет. Нет хороших новостей, которые помогли бы заесть эту осетрину второй свежести, которую обильно вывалили дорогим россиянам прямо к новогоднему столу.

И тут Путин нашел-таки плодотворную дебютную идею — стал громко рассказывать, какие сволочи поляки и как они сами виноваты в своем разгроме 1939 года! Мощно задвинул. Я, кстати, на 100% согласен с оценкой «сволочь, антисемитская свинья», которую Владимир Владимирович дал некоему Ю. Липскому — польскому послу в Германии в 1930-е. Беда в том, что остальные 150 млн россиян, в отличие от нас с Путиным, про эту  свинью скорее всего и не слыхивали, поэтому не сильно взволновались.

Вторая сильная идея — Крымская железная дорога. Путин символически тронул состав с места и вроде бы даже сказал «Поехали!», и опять получилось не очень. Дело в том, что заранее просчитанная ассоциация с Гагариным выглядит странной: все-таки Юрий Алексеевич в 1961 году «поехал» не в Крым, а Владимир Владимирович в 2019-м не улетел в космос, — сравнение получается наглядным, катастрофически наглядным. Строитель моста и железной дороги в Крым, «простой русский рабочий» Ротенберг, сказал, что «такое чудо могли сотворить только русские рабочие», но и это заявление звучит странно. Если бы такое воскликнул граф Клейнмихель в 1851 году, открывая Николаевскую железную дорогу «Петербург-Москва», пафос был бы более уместен, хотя даже и тогда несколько преувеличен. А в 2019 году считать даже самую расчудесную железную дорогу чудом — и правда чуднО. Что же, собственно, все эти чудеса значат? По-моему, только одно: увы, никакой поезд уже не уедет во вчера, хотя сбежать из сегодня — очевидно, ужасно хочется. Путину скучно и плохо в сегодняшнем дне. И тем более непонятно, что делать завтра, что вообще делать с завтрашним днем, во всех смыслах. 

Путину скучно и плохо в сегодняшнем дне. И тем более непонятно, что делать завтра

Идет и, увы, скоро придет новое, причем, качественно новое поколение. Почти весь «путинский круг» — Лавров, Матвиенко, Шойгу, Собянин, Бортников, Патрушев — люди, рожденные в 1950-х. Из числа «шестидесятников» на Олимпе, пожалуй, один бедолага Медведев — денег нет, власти нет, рейтинга нет, но держится. Российским политикам высокого ранга (прибавим ядреного коммуниста Зюганова с неизменными «сталинскими гвоздиками» и «вечно молодого, вечно пьяного» Жириновского-Эдельштейна) в 2024 году — к моменту окончания каденции Путина — будет от 80 (таким, как Зюганов) до «в районе 70» лет. Конечно, как учат нас господа пробковые демократы, 70 лет — расцвет творческих сил. Проблема лишь в том, что толпа 70-летних, которые цветут на сцене по 25 лет без перерыва, — уже начинает пахнуть. А дальше — пропасть. Есть относительно молодые министры, губернаторы, но между ними и троном много ступенек, если их поднимать, то только ударной возгонкой.

Толпа 70-летних политиков, которые цветут на сцене по 25 лет без перерыва, уже начинает пахнуть

Между тем, к 2024 году в стране — за пределами кремлевской стены — в бизнесе, культуре, интернете, моде, СМИ, начнет рулить совсем другое поколение, от 30 до 40. Те, кто мало знает про «Липского» и, помимо благодарности «прадеду за Победу», как-то не слишком озабочены проблемами Второй мировой войны. Единственное, что морально соединяет их с Путиным (который им тоже скорее дедушка, чем «дядюшка») — это все то же 9 мая, один день в году из 365. 

 

Разрыв поколений. Новое поколение россиян просто обречено — без особых усилий — на победу в этом противостоянии. И победа эта, в ситуации разрыва, может быть довольно резкой. Напомню, последняя смена поколений в политике у нас произошла в Перестройку, тогда ушли со сцены ровесники Брежнева и пришла совершенно новая формация людей: «Наши внуки в добрый час из мира вытеснят и нас». Так для кого этот час икс (2024 год) — «добрый», для кого «тошный», а для кого и «страшный»? 

Новое поколение россиян просто обречено — без особых усилий — на победу в этом противостоянии

Слабым утешением для Путина может служить лишь то, что вместе с ним окончательно исчезнет вся демшиза преклонных годов, которая до сих пор «борется со Сталиным», спорит про выборы 1996 года, а главное — ест, пьет и спит с проклятьями в адрес Путина на устах. Эта дружная компания городских сумасшедших не только не придет во власть, но просто растворится за полной ненадобностью в тот самый момент, когда сбудутся их мечты, и великий и ужасный кормилец-поилец уйдет, но едва ли их аннигиляция успокаивает Путина.

Чертово колесо, часы, знай себе, крутятся – раскрутить это колесо назад нельзя, но и устоять на нем невозможно. Приходят не только новые люди, но и новые идеи, происходит разрыв миров. Путин знает все про «иностранных агентов», но не пользуется интернетом, едва ли отличает айпад от айфона и считает вершиной техники если не железную дорогу, то гиперзвуковые железные ракеты. Поколение, которое уже рулит в бизнесе и информпотоках, очень много знает про интернет и очень мало про «иностранных агентов». Да и ракеты нынче не в тренде, примерно как Т-34 и «Катюши». Проблематика «Искандеров», «Крымнаша», геополитических катастроф — весь этот Путимир — исчезнет мгновенно и так же бесследно, как исчезли энергично-агрессивные «Наши», «Местные», «Молодые гвардии» и прочие политзаводы. У нового поколения совсем другое на уме. Что именно — они сами скажут! Я уж точно не их представитель, мне вообще Владимир Владимирович понятнее, а часто и ближе.

Итак, главный итог 2019 политического года: поезд тронулся, но совсем не в Крым. Пока что его только слегка качнуло, и пока непонятно — это поезд едет или вокзал отходит. А дальше — «ускорение», неизбежно переходящее в «перестройку». Поезд с путинской системой поедет в одну сторону, а большой российский вокзал — в другую.

Читайте также: Как чекисты получили контроль над страной

Леонид Радзиховский

Оцените статью
Добавить комментарий