Раскулачиватели земли русской. От Петра Первого до Владимира Путина

Дума

Почти всё из того, что написано о Петре I и его времени, ужасно мифологизировано. Эта глупая и плохо сделанная мифология началась в день его похорон, когда Феофан Прокопович, названный прот. Григорием Флоровским «типическим наемником и авантюристом» , присвоил Петру имя Великого: «Что се есть? До чего мы дожили, о россиане? Что видим? Что делаем? Петра Великого погребаем!»

Петр I воспринимается в русской историософской мысли как первый и главный западник, что не так.

  • Во-первых, западничество на Руси было всегда, хотя бы в силу того, что экономические контакты с Европой никогда не прекращались. Традиционным пладцармом (либо убежищем в случае неудачи) для западников были Литва и Польша. Но к началу XVIII века Речь Посполитая была сильно ослаблена казацким мятежом и шведским «потопом». Стремительно регрессирующая, экономически шаткая (в силу рабского труда), без сильной королевской власти, с вечно пьяной и мятежной шляхтой, Польша все более превращалась в «больного человека Европы», никак не подходившего под новые, абсолютистские стандарты. Соответственно, и ее влияние на Россию стало падать, никакой поддержки русским западникам Речь Посполитая оказать не могла.Последней русской полонофилкой, свободно владевшей польским языком, была сестра Петра царевна Софья. Ее поражение в 1689 году означало не только смену польских костюмов при дворе на немецкие, но и смену правящего клана Милославских на Нарышкиных, и перемену всей внешней политики.
  • Во-вторых, Петр не был человеком, рабски подражающим европейской культуре. Это был, вообще, очень энергичный человек, который любил действовать без подготовки, во многом рассчитывая на «авось», а это, как известно, очень русская черта. Петр объявил войну Швеции на следующий день после заключения мирного договора с Турцией, не имея ни осадной артиллерии, ни проверенных офицеров, ни боеспособной армии как таковой. Ровно через три месяца после объявления войны русская армия будет разбита под Нарвой. Гибель 8 тысяч человек полностью на совести 28-летнего Петра, которому для начала нужно было бы научиться держать в узде свои эмоциональные порывы, а уже потом царствовать.
    Но ветреный Петр любил учиться. После поражения он сделал правильный вывод: нужно заменить весь офицерский состав (в Нарвской баталии наемнический) на своих, русских воспитанников. Именно с этой целью Петр начал дворянскую реформу.

До Петра никакого дворянства в привычном смысле слова не было. Были какие-то боярские кланы, у этих кланов были свои сторонники, которые контролировали определенные районы в Москве и обязывались, в случае чего, выставить определенное число воинов. Иными словами, бандитский феодализм, что-то вроде тейпов у чеченцев. Эту «Чечню» Петр ликвидировал, начав формирование по вертикальному, а не по горизонтальному принципу, что было визуально оформлено в виде табели о рангах. Всё очень просто и красиво: начинаешь служить прапорщиком, потом поручиком, еще потом — капитаном, можешь и до генерал-фельдмаршала дослужиться, если захочешь, вон, посмотри, Алексашка Меншиков, торговал пирожками, а стал правой рукой царя.

Иначе говоря, это был совершенно немыслимый в допетровской Руси социальный лифт, в который, расталкивая друг друга локтями, полезли все пассионарные люди. И в этом главная заслуга Петра, в том, что он сформировал ядро поначалу очень амбициозного сословия. Русская гвардия, которая весь XVIII век будет «делать царей», — это наконечник вот этого дворянского копья. Тут нужно, конечно, смотреть на персоналии и на настоящие, а не липовые, насочиненные позже этим дворянам генеалогии.

Орловы — главные националисты XVIII века

Кто, например, такие братья Орловы? Да никто. Был такой стрелец, Иван Орлов. По легенде, когда Петр в 1698 году рубил головы мятежным стрельцам, Орлов, тоже приговоренный к плахе, пнул голову погибшего товарища и сказал Петру: «Отойди, ваше величество. Тут мое место, а не твое». Царь рассмеялся и помиловал юмориста. Вот потомками этого-то удальца и были братья Орловы, которые в 1762 году посадят на престол Екатерину Великую. Орловы — главные националисты XVIII века, любители русских кулачных боев и цыганских песен, а не французского балета и немецких париков.

Еще раньше, за двадцать лет до того, русская гвардия возведет на престол другую женщину — Елисавету Петровну, девушку с сомнительной репутацией, хоть и дочь Петра (Елисавета была больна сифилисом) . На самом деле это было неважно, кто сидит на престоле, Елисавета, Екатерина или еще кто-нибудь. Важен был неписаный договор между монархом и патриотическим русским дворянством (представителями которого были гвардейцы): монарх должен проводить национальную, а не западническую политику. В случае нарушения такого кутюма с монархом расправлялись очень быстро.

Например, Петр III сдал своему кумиру Фридриху II оккупированную русскими в ходе Семилетней войны Восточную Пруссию — Орловы задушили его офицерским шарфом, даже не посмотрели на то, что он пожаловал дворянству вечную вольность. Еще более показательна история Брауншвейгского семейства, попавшего под горячую руку вместе с годовалым младенцем Иваном VI в декабре 1741 года. Верные Елисавете Петровне гвардейцы повязали всех. Самого законного императора поместили в Шлиссельбургскую крепость, где его позже убьют при попытке освободить. Одну из сестер царя выронили из люльки и ушибли головой, весь остаток жизни она будет заикаться. И ее, и остальных детей Анны Леопольдовны и Антона Ульриха упрячут в глухомань, в Холмогоры. Бедные дети вырастут косноязычными дебилами, которые проведут в ссылке почти сорок лет. Лишь в 1780 году Екатерина сжалится над ними и отправит на фрегате «Полярная звезда» в Данию к своей подруге по детским играм, датской королеве Юлиане Марии. Вся вина этих несчастных была только в том, что они не были русскими.

Вот почему Петр I не западник. Западник не создал бы столь радикальной патриотической прослойки. Западник плакал бы и ныл, что Россия плохая страна, пока его не задушили бы шарфом, не затыкали бы саблями и алебардами, как Лжедмитрия. Петр был очень русский царь .
Но Петр сделал другое, что возмутило практически всю низовую Россию.

Монополия на соль

Петр ввел абсолютную государственную монополию на соль. Произошло это в 1705 году, и сделано было с одной целью — пополнить хоть как-то начавший трещать в условиях Северной войны государственный бюджет. Именно это событие, а не подавление последнего стрелецкого мятежа в 1698 году, и не введение нового календаря, и не бритье бород, — поломали весь традиционный русский уклад.

Дело в том, что соль в XVII—XVIII веках была недешева, но была жизненно необходима для консервации продуктов. Соление или вяление рыбы и мяса, овощей, огурцов каких-нибудь, — все это были привычные русскому человеку занятия. Это был первый и главный способ сделать запасы на зиму и не умереть с голоду. А многие рыбу ловили, потом солили и везли куда-нибудь на ярмарку продавать. Больше всего это волновало жителей окраин, т. е. казаков и промышленников. Казаки сами варили соль. То есть это была целая отрасль национальной экономики, очень важная, ключевая. А Петр взял и в одно мгновение ее обрушил. Больше самим варить было нельзя, нужно только у государства покупать. У государства покупать было дорого. А огурцы лежат, гниют.

Представьте себе все возмущение среднего русского человека, стрельца (стрелецкие полки еще сохранялись, они окончательно будут расформированы только к концу петровского правления, потому что воевать и нести гарнизонную службу нужно было, не с неба же волшебные «полки нового строя» возьмутся, их еще сформировать нужно и вымуштровать). А стрельцам платили не только жалованьем, но и давали огороды в пользование, чтобы огурцы там можно было выращивать. Теперь же получается, что ты и вырастил даже, вот этими ручками все сорняки повыполол, а тебе за верную службу еще и соли по выгодной цене не продадут. Нет, простите, на черта нам такое государство, которое собственный же народ обирает.

Бунт против налога на соль при Иване Грозном

Петр не был пионером «обессоливания» русского народа. Вспомним, что еще его идеологический предшественник Иван Грозный тоже «положил глаз» на северорусскую соледобычу. А в 1640-х гг косвенный налог на соль пытался ввести тогдашний «премьер-министр», боярин Борис Морозов. Это очень не понравилось стрельцам и посадским людям (т. н. «тягловому» населению), особенно с учетом того, что Морозов был крупнейший на Руси солепромышленник и прокручивал, как и все олигархи во власти, очень мутные схемы.

Начался бунт, не только в Москве, но и, главное, на южной окраине, в Воронеже и недавно основанном Козлове, т. е. на «засечных чертах», на ключевом рубеже защиты страны от набегов крымских татар. В Сибири люди засуетились, закричали. В столице же пошли прямо к царю (тогда еще это было возможно, вот так, с порога входить к царю с челобитной) и прямо потребовали отставки казнокрада Морозова. Царь Алексей Михайлович был вынужден выслать своего фаворита в монастырь. Премьер-министром он больше никогда уже не будет, но состояние сохранит. После его смерти в 1661 году его баснословное богатство (на него работали более 50 000 крестьян) перейдет знаменитой староверке — боярыне Морозовой. Морозову арестуют после того, как она откажется придти на свадьбу царя с Натальей Нарышкиной (матерью Петра I), уморят голодом в 1675 году, а все морозовское богатство конфискуют в казну.

Интересно, что Борис Морозов, в отличие от своей невестки, был убежденный западник. Петр I будет сознательно продолжать его дело, именно по части закручивания гаек в соляном, пороховом, винном деле. Совершенно удушающими налогами обкладывалось всё, что нужно было для нормальной жизни русскому человеку, а на самые востребованные товары, как мы видим, вводилась абсолютная госмонополия.
Сознательно или бессознательно, но Петр разрушал привычную русскую экономику, основанную на мелком казацком капитализме, на стрелецком огородничестве, на охоте, рыбной ловле, собирательстве. Какой смысл ходить за грибами в лес, если непонятно, что потом с этими грибами делать? Птицу подстрелить, зайца убить становится уже невыгодно, потому что с каждого выстрела государство брало, по сути дела, дань.

Иными словами, Петр I был первым «раскулачивателем» земли русской. Именно с него начнется линия русских правителей, которая потом через Сталина протянется к Путину, — не доверять мелкому «частнику», а в основу национальной экономики ставить крупные заводы, госмонополии, «чемпионов». Именно по этой причине и Сталин, и Путин будут Петра I любить. Потому что он «государственник», этатист, сторонник сильной государственной экономики. А «частники» переживут как-нибудь, авось, не в первый раз, чего там. Вот логика человека на троне.

Нет, «частник» такого не любит. «Частника» вы никогда пропагандой в газете «Правда» или из телевизора не обманете. Лично я хорошо помню очереди в магазин за сахаром в 1989 году, и помню, что люди тогда говорили в очереди и что говорили по телевизору. По телевизору Горбачев говорил, что талоны на сахар нужны для борьбы с самогоноварением (которое он сам же и стимулировал, вырубив виноградники и начав антиалкогольную кампанию), а люди просто хотели банки с вареньем закрутить. Это и было главной причиной непопулярности Горбачева и падения его в 1991 году, то, что он не видел и не понимал интересов обычных русских людей, а вовсе не резко упавшие цены на нефть или тлетворное влияние Запада. Та же самая история с Петром I, только вместо сахара история с солью.

Дело не в западничестве, оно вторично. Петр переступил привычные для русского народа нормы в своем стремлении упрочить царскую власть. Допетровская Россия была не абсолютистским государством тогдашнего западного типа, а, по выражению славянофила Самарина, «народной монархией» . Демократические элементы в управлении после Смуты, когда Россию спасли не цари, а народ, были очень сильны. Царь был только исполнитель совокупной воли народа, первого Романова избирал собор, собор утверждал русские уголовные кодексы — Судебник 1550 года и Соборное уложение 1649-го, и многие земские, муниципальные, говоря современным языком, вопросы в тогдашней России решались без участия чиновников, силами самих казаков, дворян и крестьян. Сама разница между этими сословиями была тогда неочевидна. Фактически это были первые Советы, и эту модель власти нужно называть советской. Петр I и позже Николай I этим традициям были враждебны, но либеральные правители, молодая, допугачевская Екатерина и Александр II, эти демократические традиции видели и заигрывали с ними. В 1917 году все это просто вылезет наружу.

Еще хуже было уничтожение Петром I патриаршества, с тою же целью упрочить свою личную, самодержавную власть. По сути, Петр превратил Россию в современную ему Голландию или Пруссию, где протестантизм был государственной религией и был не более чем инструментом решения государственных задач . Восстановление патриаршества в октябре 1917 года, через три дня после большевистского переворота, только доказывает, что эти демократические традиции Романовым убить так и не удалось, при первой же возможности Россия отбросила 200 лет империи как антинародную и антиправославную идеологию.

И, наконец, Петр окончательно оформил русское крепостничество, в той омерзительной, безнравственной форме, при которой людей называли «рабами» и «скотом», выбивали ради удовольствия зубы, заставляли носить на груди портрет хозяина или травили собаками. Произойдет это в 1713—14 гг, с оформлением подушной подати, уравниванием вотчин и поместий, с записью черносошников и однодворцев государственными крестьянами, и тому подобными мерами.

Сделано это было вот зачем. Больших денег у русского государства, как я уже отмечал, никогда не было, подати платились из рук вон плохо, стабильных источников дохода, кроме соляной монополии, тоже не было, и потому не было понятно, какою ценой государство будет покупать лояльность новообразованной элиты, дворянства. Поэтому Петр начал раздавать своим приближенным не только государственные земли в награду за победу в какой-нибудь баталии, но и крестьян, живших на этой земле и прикрепленных к ней.

Так он убивал сразу двух зайцев:

  • Во-первых удовлетворял чаяния дворянства.
  • Во-вторых, гарантировал сбор подушной подати.

Именно это политическое решение царя и является началом вот этой чудовищной формы крепостного права, которую по справдливости нужно называть рабством. Вот это нужно понимать, что русское рабство придумал царь-реформатор, чтобы обеспечить финансовую подпитку своих реформ! Просто в голове не укладывается, почему историки всех мастей упорно продолжают настаивать на том, что Петр I был великий прорубатель каких-то там окон. Ладно романовские историки обеляли это крепостническое чмо, ладно советские, потому что Сталин был такой же суровый крепостник, продолжатель «славных дел» Петра, по сути, но современные-то, «демократические» историки почему не могут сложить два и два и сказать о страшной цене, которую Россия заплатила за «модернизацию»! Европа какая-то, окно, просвещение. Всё это ничтожные ярлыки, за которыми теряется истинное имя русского тоталитаризма.

Бунты против антихристианского отношения государства к своему народу

«Император лично раздал из казенного фонда в частное владение около полумиллиона крестьян обоего пола. Так, грузинский царь Арчил стал по милости Петра обладателем трех с половиной тысяч дворов, населенных русскими крестьянами. Вместе с ним живые подарки людьми из рук правителя России получили молдавский господарь Кантемир, кавказские князья Дадиановы и Багратиони, генерал-фельдмаршал Шереметев. Один только светлейший князь Меншиков стал владельцем более чем ста тысяч „душ»» .

На закручивание гаек, на бесчеловечное, антихристианское отношение государства к своему народу ответом был бунт. В 1705 году вспыхнуло Астраханское восстание, в 1707 году загорелся Дон, осенью 1708 года Петра предал запорожский гетман Мазепа. Посмотрим, что объединяет эти три региона. Это всё окраины, т. е. земли, где соль, порох и водка нужны не ради развлечения, а чтобы выжить, чтобы тебя не убили татары, или голод, или мороз. Разумеется, казаки и стрельцы взбунтовались и повернули оружие против царя.

С восставшими расправлялись более чем круто. Во время подавления Булавинского восстания донских казаков пытали, били кнутом, резали губы и носы, насиловали женщин и подвешивали младенцев за ноги к деревьям. 8 донских станиц просто стерли с лица земли.

Хуже всего в исторической перспективе будет то, что подавлять мятежный Дон отправят тогда еще лояльных запорожцев, и это навсегда сделает донских и запорожских (т. е. позже кубанских) казаков заклятыми врагами. Но и Украина уже через год взбунтуется, и будет столь же жестоко наказана.

В ноябре 1708 года Меньшиков штурмом возьмет Батурин (тогдашнюю столицу Запорожья) и устроит в городе резню. Современная украинская власть на официальном уровне сейчас преподносит эти, безусловно, трагические события как свидетельство некоей врожденной жестокости русских. Но мы видим, что на деле причина была не в русском «варварстве», потому что и своих же, донских казаков, правительственные войска не щадили. Дело было в том, что запорожцы и донцы встали в оппозицию «антиНЭПу» Петра I, а запорожцы, к тому же, переметнулись на сторону внешнего врага — шведов.

То, что произошло в Батурине, свидетельство не русской жестокости, а глупости Петра I, с одной стороны, как экономиста, и глупости Мазепы, как коллаборациониста, с другой. Мазепа, по большому счету, просто струсил и убежал к Карлу XII, чем обрек свой народ на репрессии.

Русские разобьют шведов под Полтавой, и с попытками проводить враждебную России политику некоторыми украинскими «деятелями», которую они называют громким, но не особо умным словом «независимость», будет покончено до 1917 года.

Забудем на время про Украину и вернемся к не менее тяжелому положению великорусского народа. «АнтиНЭП» Петра и многие другие его реформы, особенно уничтожение патриаршества, создали благоприятную почву для распространения оппозиционной идеологии. Здесь уже была к тому времени мощная старообрядческая школа, но дело вовсе не в том, сколькими пальцами креститься, а в совокупном недовольстве государственной политикой. Именно в XVIII веке начнут свои проповеди скопцы, хлысты и прочие, в современной терминологии, деструктивные секты. Нечто похожее было в Китае в конце II века н. э., когда недовольные официальной, конфуцианской идеологией империи Хань китайские крестьяне стали симпатизировать мистическим даосским учениям и верить бредовым идеям даосских колдунов, великолепных пиарщиков. Самый известный, вошедший даже в школьные учебники советских времен даосский бред звучит как «синее небо насилия сменится желтым небом справедливости»; в знак своей веры в эту чушь бедные китайские крестьяне обмотают голову желтыми повязками и начнут убивать чиновников и конфуцианцев (что одно и то же). Китайская империя рухнет, и Поднебесная погрузится в средневековую тьму на несколько веков.

Религиозная оппозиционная пропаганда

Вот как это работало в России.

  • Во-первых, тоже были некие старцы, проповедники старообрядчества, и даже не старообрядчества уже, а особенной, народной религии; они мешали двоеперстие с откровенным язычеством, магией, суевериями, их принимали за пророков, дальновидцев, целителей, к ним ходили на поклон, к ним приносили больных детей, приводили калек, верили, само собой, в чудеса, которые они, якобы, творили. Были тайные места для собраний, которые были известны только посвященным, были небольшие церкви, вполне ортодоксальные священники в которых симпатизировали народу. Раскольники аккумулировали самую пассионарную часть паствы, в то время как троеперстие тускнело и бюрократизировалось. «Старая вера отбирала у официальной церкви многих ее приверженцев, причем наиболее пылких», т. е. пассионарных, как верно подметит Хоскинг .
  • Во-вторых, были многочисленные богомольцы и юродивые, которые ходили по всей стране и которых привечали в дворянских домах сентиментальные девицы вроде Марьи Болконской. Толстой в «Детстве» детально описывает такого юродивого — Гришу, и понятно, от кого Толстой любовью к этим еретическим идеям заразился, само учение Льва Толстого и есть попытка финализировать вот этот русский «даосизм», который, повторяю, никакая не «истинная русская вера», а бред сивой кобылы, выросший в XVII—XVIII вв из оппозиции правительству.
  • В-третьих, был еще один очень интересный канал оппозиционной пропаганды — лубки, т. е. дешевые картинки, которые продавались на ярмарках, попросту говоря, комиксы. В этих комиксах все изображалось вроде как прилично, и в то же время в них был тайный, скрытый от непосвященного смысл.

Был, например, очень популярный «потешный лист» «Мыши хоронят кота». На этом лубке был изображен черный «кот казанский, ум астраханский, сладко жил, сладко пил, сладко ел, сладко бздел», а мыши его хоронили. Это была аллегория, конечно. «Царь Казанский» и «Царь Астраханский» — это традиционные титулы русского царя. Мыши хоронят не кота, а черного царя-антихриста — вот где смысл комикса, который мог объяснить любой «знающий» человек . Были и многочисленные «подметные письма», которые тоже распространялись «старцами» с конкретной целью — долгосрочной подготовкой почвы к народному восстанию, которое сменит заменит «немецкого царя» (подмененного когда-то, в Голландии, во время Великого посольства 1697—98 гг) — царем русским, подлинно православным, народным. Бред, но этот бред был в народе очень популярен.

Такой царь пришел. Его звали Емельян Пугачев. И его история — это зеркало кровавой резни 1917—1921 гг. Без этой истории мы никогда не поймем, что такое русская революция.

Битва при Лесной: матерь Полтавской победы
Александр Меньшиков
Александр Меньшиков
Задать вопрос
Петру I удалось лишить идущую на Москву шведскую армию главного обоза и развеять миф о ее непобедимости
Вопрос эксперту
Подскажите. Какую победу ПётрI назвал "матерью Полтавской баталии"? И в каком году она была.
Александр Меньшиков
ПётрI назвал "матерью Полтавской баталии" битву при Лесной 28 сентября 1708 г. - самое длительное военное столкновение Северной войны. Она предопределила судьбу шведов под Полтавой 10 месяцами спустя.
Сражение проходило на берегах Леснянки юго-восточнее Могилева. В той битве летучему корпусу — корволанту — под командованием и при личном участии Петра удалось разгромить шведский корпус генерала Адама Людвига Левенгаупта. При этом первоначальное соотношение сил было не в пользу русских: корволант насчитывал всего 11 600 человек и 30 пушек, тогда как противник располагал 16 000 солдат и офицеров при 17 орудиях.
Причины и цели Прутского похода
Петра I Великого
1711 год
Александр Меньшиков
Карл XII бежал после полтавской битвы в Турцию, где принялся уговаривать турцкого султана начать войну с Русским царством.
Турки стремились вернуть территории захваченные Петром I во время Азовских походов 1695-1696 годов.
Петр I хотел ударить первым после объявления войны со стороны Турции — выйти с войском к р. Дунай и не дав турецким войскам переправиться поднять восстание христианских народов-подданных Турции
Итоги и результаты Прутского похода
Петра I Великого
1711 год
Александр Меньшиков
Русские войска, возглавляемые Петром I, были прижаты к реке Прут, окружены и вынуждены заключить мир с Турцией на невыгодных условиях: возврат Азова туркам, разрушение построенной крепости-порта Таганрог, отказ России от вмешательства в дела Польши и казаков, а также предоставление пути для шведского короля Карла XII в Швецию.
Прекращена невыгодная для Русского царства война на два фронта.
Карл XII вернулся в Швецию
Что общего между Путиным и Петром Первым
Александр Меньшиков
Петр Первый приехал из Москвы в Питер (более того - Питер построил). Путин приехал из Питера в Москву (более того - Москву начал сносить).

Петр Первый прорубил окно в Европу. Путин его заколотил.

Петр Первый присоединил Украину, стал ее другом. Путин отсоединил Украину, стал ее врагом.

Петр Первый открывал университеты и школы, ремесла. Путин закрывает ВУЗы, школы и душит малый бизнес.

про рост не буду говорить, это не важно

Петр Первый был заграницей, чтобы учиться лучшему. Путин был заграницей, чтобы учить худшему заграницу.

Петр Первый боролся с казнокрадством, не жалея даже своих друзей. Путин плодит казнокрадство, не жалея даже бедняков.

При Петре Первом даже простые люди могли стать первыми. При Путине первыми становятся только дети его друзей.

Петр Первый построил великую империю. Путин развалил даже СНГ.

Петр Первый сделал Россию частью мировой цивилизации. Путин делает Россию частью мирового мракобесия.

Удивительно, насколько много общего между Путиным и Петром Первым.
Оцените статью