Huawei

Случайно послушал вчера дискуссию на одном из ТВ каналов о последних поправках в российский Закон о СМИ, разработанный и принятый в начале девяностых. Обсуждали иностранное финансирование и понятие «иностранный агент».

И вспомнилось как это тогда было…

В ноябре 1991 года в одном из кабинетов Комитета по обороне и безопасности Верховного Совета РСФСР раздался звонок по телефону правительственной связи АТС-2. Я взял трубку, представился.

Спокойный, мягкий, уверенный голос, как выяснилось, хорошо знал, кому звонил (хотя в то время меня в официальном списке пользователей АТС-2 не было).

Собеседник представился ответственным сотрудником посольства США в Москве.

Оказалось, что он прекрасно осведомлен о работе нашей Рабочей группы над концепцией Совета безопасности Российской Федерации и проектом Закона Российской Федерации «О безопасности», моей роли в ее деятельности!

Небрежно уточнил: находятся ли рядом со мной другие члены Рабочей группы (» я хорошо знаю полковника Иванова, генерала Сцепинского…» — свободно говорил наш заокеанский доброжелатель).

Удивительно, но он не упомянул члена нашей Рабочей группы (тогда правда мало кому известного) замечательного специалиста в области эпидемиологической безопасности и очень яркого человека Геннадия Онищенко.

— «Я хотел бы от имени США предложить вам помощь в разработке проекта Закона «О безопасности»! У нас накоплен значительный опыт законотворчества в данной сфере и мы готовы им поделиться!

Мы готовы так же оказать материальную и иную поддержку в разработке ваших законопроектов….»

В голодном 1991 году все звучало очень «обольстительно».

Я поблагодарил звонившего за помощь «российской демократии». Сообщил, что проинформирую о состоявшемся разговоре руководителя Рабочей группы Юрия Скокова и Председателя Комитета по обороне и безопасности Верховного Совета РСФСР Сергея Степашина, но высказал мнение, что предложение вряд ли будет принято.

О Юрии Скокове замолвите слово!

 

Именно благодаря таким людям как Юрий Скоков стала возможна политическая победа Бориса Ельцина в 1990-1991 годах. Он олицетворял собой тех советских директоров, которые в перестройку сделали решительный выбор в пользу перемен, и потому претендовали на власть.

О Сергее Степашине замолвите слово!

Перед Путиным кресло премьера занимал Степашин, у которого был шанс стать преемником Ельцина. Но первому президенту России не нравилась излишняя мягкость характера Степашина, вдобавок к которой шло его «подкаблучничество», о чём вспоминал публицист Андрей Мороз. А уж подкаблучничества Ельцин терпеть не мог.

Естественно, так оно и оказалось. Реакция всей нашей команды была конкретной: «они нас что, за идиотов считают?»

Закон «О безопасности», который создавал Совет безопасности России и определял его основные функции, был успешно разработан без помощи «коллег» из США и сыграл свою немалую роль в политической истории России.

Но, послушав дискуссии по поводу российского Закона о СМИ, вдруг подумалось: а до других комитетов Верховного Совета РСФСР ведь тоже могли дозвониться и предложить помощь…

Была ли она с благодарностью принята? Вопрос истории.

Интересно, что в 1991 -1992 годах ряд ответственных сотрудников аппарата тогдашнего Верховного Совета неожиданно попали на специальные курсы по изучению английского языка, а затем очень успешно съездили в США для обмена опытом.

Абзац!

А еще через несколько лет некоторых из них мы увидели в качестве профессоров ряда университетов США.