Top.Mail.Ru

«Русская угроза и как с ней бороться»

Новости

В русской историографии Ништадтский мирный договор 1721 года рассматривается как точка в истории Северной войны. Швеция признала поражение, и прекрасная европеизированная Россия в синем Балтийском море заторговала на просторе.

Вот только всё не совсем так, как рассказывают в учебниках. Северная война — лишь предисловие, первая глава книжки «Русская угроза и как с ней бороться».

Во-первых, по условиям Ништадского мира Прибалтика не переходила безоговорочно в русские руки, а как бы покупалась в рассрочку за 2 млн ефимков. По тогдашним меркам это приблизительной годовой бюджет Швеции, т. е., в переводе на нынешние деньги, Прибалтика обошлась русскому народу (т. е. в основном горбатившимся на своих помещиков крестьянам) в $270 млрд. Полагаю, что Латвия и Эстония могли бы отдавать 25% своего бюджета России в уплату этого долга, в этом случае к 2074 году долг был бы погашен. Деньги эти можно было бы сразу направлять на нужды АПК.

Во-вторых, в результате Ништадского мира на берегах Балтийского моря появились русские протектораты:

  1. Курляндия, где при вдовствующей герцогине Анне Иоанновне всем заправлял ее любовник Бестужев-Рюмин (отец будущего вице-канцлера), а позже другой любовник — Бирон;
  2. Голштиния, где местный герцог в 1725 году удачно женился на дочери Петра I Анне; Петр и Екатерина, планировали передать российский трон своему внуку от этого брака (т. е. будущему Петру III), Елисавета Петровна позже только подтвердит этот «тестамент»;
  3. Мекленбург, где в 1716 году герцог Карл Леопольд вступил в брак с Екатериной Иоанновной; брачный договор сопровождался… вводом в Мекленбург русских войск.

Ну, то есть русские очень агрессивно продвигали прожект «северного потока», не стесняясь подкреплять его русским штыком. Вот почему Ништадский мир очень многих в Европе напугал, в первую очередь — англичан.

Напомню, что английским королем был тогда ганноверский курфюрст Георг Людвиг, почти не говоривший по-английски, а премьер-министром — виг Роберт Уолпол (отец первого готического писателя).

Главных задач у этой немецко-либеральной шайки было три:

  1. не допустить возвращения на престол законных правителей — Стюартов;
  2. защитить любимый Ганновер от жадных соседских глаз
  3. выжать как можно больше денег из американских колоний и индийских факторий (тогда Индия еще не считалась колонией; собственно, она никогда ею и не была, англичане были всего лишь понаехавшими из-за океана грабителями, а не поселенцами).

Неожиданно победившая шведов Россия пугала только тем, что могла вмешаться в эту игру, например, ударив по Ганноверу с голштинского и мекленбуржского плацдармов (еще больше русских боялись датчане, в 1711—13 гг оккупировавшие Шлезвиг и принципиально не желавшие его возвращать).

Вот типичные картинки из английского фэнтези тех времен за авторством некоего Робинзона Крузо:

«…китайцы показались мне презренной толпой или скопищем невежественных грязных рабов… Если бы расстояние, отделяющее Китай от Московии, не было столь огромным и если бы московская империя не была почти столь же варварской, бессильной и плохо управляемой толпой рабов, то царь московский без большого труда выгнал бы китайцев с их земли и завоевал бы их в одну кампанию… Проходя через эти города и селения, мы убедились, что только эти гарнизоны и начальники их были русские, а остальное население — язычники, приносившие жертву идолам и поклонявшиеся солнцу, луне и звездам, всем светилам небесным; из всех виденных мною дикарей и язычников эта [страна] наиболее заслуживала названия варваров, с тем только исключением, что они не ели человеческого мяса, как дикари в Америке».

Страх перед дикими московитами вкупе с нежеланием делить доходы от колониального грабежа привел к тому, что в Европе к осени 1725 года сформировались две коалиции: англо-франко-прусская и русско-австрийско-испанская. В апреле 1725 года французы показательно разорвали помолвку Людовика XV с испанской инфантой.

Иначе говоря, прорубленное Петром I балтийское «окно в Европу» привело к тому, что Россия оказалась втянутой в принципиально не нужные ей западные разборки, подобно тому, как и Великобритания стала заложником политики чуждой ей немецкой династии, обогатившей страну разве что Генделем. Все эти голштинские герцоги и курляндские фавориты тусовались при русском дворе с одной только целью — использовать Россию для решения своих собственных аборигенских интересов. Это очень хорошо станет ясным в начале 1762 года, когда на русский престол взойдет Петр III — человек в общем-то недурной, не такой ужасный, каким его изображают в русских телесериалах. Но он был немец, голштинец.

Поэтому он:

  • сдал Фридриху II (тоже очень хорошему монарху) город Калининград;
  • стал готовить русскую армию для вторжения в Шлезвиг. Русские националисты вроде братьев Орловых, разумеется, этого ему не простили и задушили офицерским шарфом.

Нужно понимать, что путинский «северный поток» в общих чертах повторяет план Петра I (Путин — убежденный «петровец», т. е. этатист), только вместо пеньки и юфти на Запад теперь идет голубой огонек. Вот почему так важно знать историю XVIII века — наша, современная история только ее дурной римейк с улучшенной компьютерной графикой.

Автор: Борис Мячин

Оцените статью