Пока телевидение скупо и без особых комментариев показывает протесты и Иране, а Тегеран просит у Москвы $5 миллиардов на «поддержку штанов», западные СМИ вовсю рассуждают о скором крахе режима «бешеных мулл». Иногда даже появляются сравнения иранского режима с советским и просоветскими восточноевропейскими образца 1989 г.: мол, они тоже казались вечными, но рухнули в одночасье, и та же судьба ждет иранскую тиранию.

Лично я был бы очень рад, если бы с лица земли исчез самый кровожадный режим в мире (на его «совести», или что там вместо нее у террористов – сотни тысяч жизней иранцев, и множество – сирийцев, ливанцев, евреев, иракцев и йеменцев).

Но Иран – это не Советский Союз, не ГДР и не Болгария. Власть черносотенного духовенства там несравненно сильнее: она политически консолидирована, имеет собственные вооруженные силы, превосходящие по огневой мощи армию (Корпус стражей исламской революции), и миллионы искренних и фанатичных сторонников, чего ни в СССР, ни в ГДР или Болгарии даже близко не было. Но главное – в Иране нет социализма.

Вместо безличной государственной собственности, как в покойных соцстранах, чиновники и сторонники иранского режима обладают колоссальной собственностью в десятки миллиардов долларов – в виде тысяч заводов, фабрик, банков, страховых, торговых и транспортных компаний, а также земельных владений. Они закреплены не за фантомным «государством», а за конкретными Ахмедами, Мухаммедами и Валидами – муллами, бюрократами, офицерами, политически активистами. И каждый из них легально получает доход от этой собственности, а значит – кровно заинтересован в сохранении режима. И будет драться за него зубами и когтями.

Это – огромный слой населения – процентов 20-25 вместе с «мелочью» — начальниками деревенского масштаба. Плюс – они не боятся никакой международной огласки. Плевать они хотели на мнение «кафиров». Убиваем, грабим и насилуем – потому, что это вы, гуманисты несчастные, считаете, что это плохо. Вот и не убивайте, а мы будем – нам можно все.

А иранская оппозиция очень слаба, и напрасно западные либералы уповают на молодежь, живущую в интернете и плюющую на исламские законы. Да, молодежь живет в социальных сетях, и да, плюет на исламские законы, а некоторые и на сам ислам. Это в больших городах. И не в трущобных районах. Т.е. небольшая ее часть. А остальная в интернет заходит тайком, «бешеных мулл» уважает, покойного Хомейни боготворит, а родителей-ретроградов слушается.

Старые оппозиционные группировки, даже такие сильные и военизированные, как исламо-марксистская Организация моджахедов иранского народа (ОМИН) и просто коммунистическая Организация федаинов иранского народа (ОФИН) изнемогли в многолетней неудачной войне с режимом, потеряли большинство бойцов и растеряли поддержку в народе.

Либералы, всегда слабые в Иране (вроде последователей последнего шахского премьера Бахтияра) практически незаметны. Монархисты, в последнее время пытающиеся возродиться из пепла под руководством принца Резы Пехлеви – это вообще несерьезно. Более серьезны движения национальных меньшинств – курдов, азербайджанцев и белуджей, но у режима достаточно сил и кровожадности, что утопить их в крови.

Поэтому падения иранского режима ждать не стоит. Он динамичен, обладает многочисленными сторонниками и не боится большой крови. Кроме того, Иран – очень богатая ресурсами страна, что позволяет режиму как угодно плохо хозяйствовать и сколь угодно много воровать – деньги на содержание карательных отрядов и подачки беднякам там всегда найдутся. Режим в Иране прочен, хотя народные волнения там будут продолжаться. До тех пор, пока не появится настоящая оппозиция, способная бросить вызов «бешеным муллам». Но пока ее не видно.