Top.Mail.Ru

Последние дни в предверии Новороссийской катастрофы

Истории

После вынужденного оставления Екатеринодара командующий войсками ВСЮР генерал Деникин понимал, что спасти положение и избежать эвакуации уже не получится. Он лихорадочно искал выходы из сложившейся ситуации, которая ухудшалась с каждым днем.

В штабе командующего осознавали, что нет никакой возможности вывезти всех из Новороссийска. 20-го марта марта Деникин в последний раз поставил боевую задачу. Кубанцам предписывалось остановится и удерживаться на реке Курге, донцы совместно с частью Добровольческого корпуса должны были держать оборону от устья Курги до Азовского морю, а вторая часть добровольцев направлялась для взятия и прикрытия Таманского полуострова с северной стороны.

Командующий планировал сделать прочный заслон, задержать красных и с помощью Керченской флотилии перевезти людей через узкий пролив, но ситуация стремительно вышла из под контроля.

Большевики крупными силами переправились через Кубань, они отрезали от Новороссийска Кубанскую армию генерала Улагая за исключением одной дивизии и потрепанный в боях 4-й Донской корпус под временным командованием генерала Старикова. С тяжелыми боями под аккомпанемент восстаний «зеленых» группа Улагая стала прорываться через горные перевалы к Сочи.

1-й, 2-й и 3-й Донские корпуса двигались совместно с Добровольческим корпусом генерала Кутепова. Донские части были отяжелены большим количеством беженцев, все старались забрать свои семьи, никто не хотел оставлять близких на расправу. Однако это фактически лишило большую часть войск боеспособности. Усугублял ситуацию сыпной тиф, им переболели до 70 процентов личного состава и беженцев, измученные и больные люди думали только о спасительной эвакуации и рвались в Новороссийский.

Поздно вечером 22-го марта большевики захватили станцию Абинскую, они нацелились на Новороссийск, пытаясь не дать белым начать эвакуацию. Практически одновременно 23-го марта в Анапе и станице Гостогаевской восстали так называемые зеленые, а попросту обычные бандиты, щедро одариваемые красными. Таким образом путь отступления на Тамань и переправа через пролив были отрезаны.

В результате, сложилась тяжелейшая ситуация, красные огромными силами переправлялись через Кубань в разных местах, отряды прикрытия оказывались на половину окруженными из-за мятежей зеленых и не могли предотвратить переправу противника, который стремился окончательно лишить белых всех способов эвакуации.

Коннице генерала Барбовича не удалось прорваться через станицу Гостогаевскую, куда подошли части 16-й конной дивизии и 6-й стрелковая дивизии противника, после чего добровольцы в полном боевом порядке были вынуждены отступать в направлении Новороссийска.

Авангард 1-й Донской дивизии, который состоял из Атаманского полка, 6-й лейб-гвардейской сотни и эскадрону лейб-гвардии Конно-гренадерского полка смог в тот же день с боем освободить Анапу, но дальше продвинуться казакам было не под силу, на следующий день они были вытеснены из города красными и вместо Тамани двинулись в направлении станции Тоннельной.

Прикрывал отступление донских колонн Атаманский полк под командованием генерал-майора Михаила Георгиевича Хрипунова, который самоотверженно спас основные силы, которые смешались с беженцами и не могли оказать противнику серьезное сопротивление. Я напомню, что в составе полка тогда сражался выдающийся казачий поэт Николай Туроверов.

Кутепов с ужасом понимал, что его части оказываются в безвыходном положении, они не могли бросить своих и не выполнить приказ, но при этом приближение неуправляемых колонн, а также крупных частей противника, которые шли по пятам за донцами, грозило потерей возможности отступления в порт и гибелью.

24-го марта части Добровольческого корпуса и колонны с донцами сосредоточились у станции Крымская, до Новороссийска оставалось всего 50 километров.

На следующий день, 25-го марта большевики с боями оттеснили белый заслон от станции Тоннельной и вышли на подступы к Новороссийску, впереди уже была пригородная железнодорожная станция Гайдук.

Город прикрывали только конная группа генерала Барбовича и «цветные» части, входившие в состав Добровольческого корпуса, Сводно-партизанская Донская бригада и 1-я Донская дивизия.

Положение белых стало совсем критическим. Большая часть русских кораблей еще даже не пришла из Севастополя, а англичане уже фактически предали белых, они сняли блокаду с большевицкой квази-республики и заговорили о своем посредничестве в прекращении борьбы с красными, что Деникин с негодованием отверг.

Красные были в полной уверенности, что победа в их руках, что изможденные белые полки в капкане и здесь на берегу Черного моря закончится история Белого Движения. Однако Деникин даже не думал сдаваться или вести с противником какие-то переговоры, он был уверен в том, что сможет сохранить основные силы.

Вскоре в порт прибыла часть английской эскадра, кроме того на рейде стоял французский броненосный крейсер «Вальдек-Руссо», который позже забрал некоторое количество дроздовцев, но этого было катастрофически мало.

Первым делом в тот же день начали грузиться раненные, которых направляли на пароход «Владимир», добровольческую артиллерию принял на борт британский броненосный крейсер «Ганновер».

Сам Деникин со своим штабом располагался в поезде, который стоял прямо у пристани. Рядом находился поезд Донского атамана Африкана Петровича Богаевского, куда 25-го марта прибыл командующий Донской армией генерал Сидорин.

Антон Иванович понимал, что первым делом надо спасать костяк армии, которым, безусловно, являлся Добровольческий корпус, донцы же в основном были отяжелены беженцами, многие были с семьями и одни не согласились бы эвакуироваться. Поэтому он решил вывезти только тех, кто будет точно расстрелян.

В условном распоряжении у Деникина было всего 9 судов, но этого оказалось крайне мало, а остальные корабли и Севастополя все не прибывали. Вечером 25-го марта было решено отдать 4 корабля для погрузки Добровольческого корпуса, 4 корабля для трех Донских корпусов и беженцев, которых было уже больше чем способных держать оружие, а также 1 корабля для кубанской дивизии. Командующий Донской армией генерал Сидорин требовал вывезти всех, но это было невозможно, сам же он оказался не готов прорываться и после препирания согласился на условия штаба.

Однако когда утром уже большая часть Донских частей и беженцев оказались в Новороссийске, то стало понятно, что они могут расчитывать всего на 1 пароход «Россия», который был способен взять на борт всего 4000 человек, остальные должны были уходить на Геленджик и Адлер, настигнутых же ждала страшная участь.

Всем было понятно, что Новороссийская эвакуация превращается в драму и трагедию, но об этом в моей следующей публикации.

Царствие небесное и вечная память всем героям антибольшевицкого сопротивления, ваши имена не забыты…

Оцените статью