Пропаганда и развлечение. Как средства массовой информации перевернули нашу жизнь

Развитие и усиление влияния поп-культуры шло нелинейно – каждое техническое изобретение, способствующее её тиражированию или распространению, ускоряло процесс, всякий раз открывая новые, неведомые прежде возможности и перспективы.

С появлением дома радиоприёмника положение изменилось.
Однопрограммный громкоговоритель оставлял слушателя в ситуации простейшего выбора: включил – выключил. Что именно передавалось по радио, от слушателя никак не зависело.

Домов или квартир с единственным жителем было всегда мало, а только их обитатели имели возможность выключать звук по желанию. Даже покупка беспроводного приёмника со шкалой настройки мало что меняла, пока он оставался общим для всех обитателей жилища.

Впервые в истории человечества хозяева радиостанций получили возможность ежедневного монолога с каждым жителем страны.

Отпала необходимость в королевских гонцах, в сборе народа на площади для оглашения указов, в криках мальчишек с газетами. Для получения звука из источника, находящегося порой в сотнях километров от слушателя, достаточно стало поворота ручки или нажатия клавиши.

Тридцатые годы прошлого века – период массового распространения радио. В странах несвободных оно превратилось в средство пропаганды.

В демократических государствах использовался его колоссальный развлекательный и коммерческий потенциал. Но речь может идти только о соотношении: в тоталитарных странах не забывали о развлечениях, в свободных — о пропаганде, к тому же грань между этими явлениями не всегда очевидна. В обоих случаях активно формируется вкус и мировоззрение слушателя.

Радио не только содействовало распространению имеющихся попсовых жанров. Возможность воспроизводить в студии текст или музыку произвела переворот в шоу-бизнесе и рекламе; помимо того, радио открыло для поп-культуры дотоле неведомые перспективы.

Трудно сказать, какие форматы вещания родились сами, какие были просчитаны. Можно предполагать разные варианты, но история радиовещания, как таковая, не имеет существенного значения для обсуждаемой здесь темы.

Любого формат оставляет некоторую возможность вариативности. Репортаж с места событий ещё не обрёл наглядности и не способен был вызвать столь же сильный эмоциональный шок, как в эпоху телевидения и Интернета.

Знаменитый пример с «Войной миров» двух Уэллсов в качестве возражения не вполне корректен: передача была постановочной, а режиссёр и автор – крупнейшими талантами в своих областях. Однако беседы с интересными людьми проросли впоследствии целой россыпью разнообразных программ.

 

Разным слушателям интересны разные люди. Кому-то интересно то, что говорит Бертран Рассел, другому интереснее мнение поп-певца или футболиста. Первых гораздо меньше, чем вторых.

На какой из двух типов аудитории ориентируются Средства Массовой Информации, очевидно из их названия. Помимо интереса существует ещё проблема доступности.

Слушателю Бертрана Рассела рассуждения поп-исполнителя или парикмахера часто малоинтересны, но не в силу их непонятности, а, скорее, наоборот.

Тогда как поклоннику радио «Попса» Рассел неинтересен именно потому, что непонятен. Публикуя интервью с Расселом и Сартром, журнал «Плейбой» старается максимально удовлетворить запросы своего читателя (точнее — «смотрителя»), и приобщает его к интеллектуальным ценностям в той мере, в какой «философия-лайт» необходима последнему для полноты самоуважения.

Интеллектуалы тоже иногда приходили на радио, однако программы с их участием оставались маргинальными, или, как сейчас принято говорить — не рейтинговыми. С этим связана ещё одна проблема. Если концерт классической музыки нельзя «упростить», облегчить для понимания, и даже нельзя разбить рекламой, то устное выступление на любую тему – можно.

Учёные, философы, писатели понимают, что в получасовой программе адекватно изложить содержание трёхсот страничной книги нереально.

Даже чтение на радиостанции текста без купюр не уравнивает возможности читателя и слушателя. Читатель сам выбирает темп ознакомления с текстом, может произвольно остановиться, при желании — вернуться и перечитать его часть.

У слушателя таких возможностей нет. Поэтому радио обрекает аудиторию на упрощённый вариант, и речь всегда идёт о допустимой степени компромисса.Радио и телемудрецы не столь щепетильны, но и в их среде попадаются разные люди.

Одни понимают, что малосодержательными словоизвержениями зарабатывают на жизнь. Другие считают себя глубокомысленными особами, способными из студии объяснить зрителям, в чём её смысл.

Не принципиально, кто и когда впервые создал научно-популярные программы, обсуждающие в прямом эфире психологические проблемы радиослушателей. Важно, что они появились.

Одновременно появилась поп-наука, поп-философия, поп-религия, поп-литература, поп-музыка. Я не стану перечислять все жанры, которые, благодаря радио, подверглись поп-трансформации и встали в один ряд с песенками и статьями о браках и разводах знаменитостей. Следствием таких передач стала бесконечная самонадеянность массового слушателя.

Оцените статью
Добавить комментарий